Подпишитесь на обновления: RSS или на Email

Купить Ibanez

Успех компании Ibanez, как и мир в древней легенде, стоит на «трёх китах». Первым китом был владелец книжного магазина в городке Нагойя в Японии – Матцухиро Хошино, который в конце 19 века внезапно понял, что в его магазине было бы неплохо продавать учебники по нотной грамоте и струнные инструменты. И надо же, как раз в это время проходила музыкальная революция в Японии на рубеже веков, когда на гитаре начали играть как на солирующем инструменте в оркестре, и рынок гитар просто взорвался.

Тогда-то Хошино и начал возить гитары Salvador Ibanez из европейской Испании, а магазин свой переименовал в «Hoshino Musical Instrument Company». В 1935 году спрос был настолько велик, что испанская компания уже не могла справляться, и тогда, Hoshino начали самостоятельно делать гитары под названием Ibanez, которые в конце 1930х уже экспортировались в Россию, США, северо-восточный Китай и Корею.

Во время второй мировой войны фабрика была полностью разрушена, а четыре сына Хошино ушли на фронт. Он потерял всё, но к счастью, все его сыновья вернулись домой живыми. И тогда он сделал невероятное – он снова начал свой бизнес с нуля. Сначала они делали черепашьи медиаторы, затем собрали капитал на производство гитар, и тут началась эра рок-н-ролла. Они начали делать некачественные копии американских электрогитар.

Время шло, а спрос на второсортные японские гитары всё никак не рос, не смотря на низкую цену. И тут нашелся Гарри Розенблум, импортер японских гитар в США, который сказал Хошино, что американцы готовы немного переплатить, но получить качественный инструмент, который можно достать из коробки и играть. И тогда на Ibanez обрушился успех.

Со временем они разработали несколько гитар для популярных артистов и параллельно продолжали делать очень качественные копии американских гитар. И тогда Gibson подали на Ibanez в суд. Gibson не понравилось то, что Ibanez делают лучшие гитары по подобию Gibson, чем сами Gibson, и это стало невероятной рекламой для гитар Ibanez. Гитаристы поняли, что Ibanez – очень хорошие гитары, и это поняли дилеры на выставке NAMM, а Ibanez уже готовились выпускать свои полностью оригинальные инструменты.

И тут вступил второй китСтив Вай, человек, который шел по пятам Ван Халена. Они создали именную гитару для Стива Вая – иконы музыки того времени. Все хотели играть как Стив Вай, и все хотели играть на гитаре, которую практически по нереальным требованиям Ibanez сделали для Стива Вая. Это были гитары Ibanez JEM и серия S, а затем RG. Они сделали первую в мире 7-струнную электрогитару  с низкой струной «си», и это был прорыв. К «семье» Ibanez присоединился и Джо Сатриани.

Но в начале девяностых появился грандж. Почти что за ночь все перестали играть шред и метал. Грандж играли на старых потрепанных фендерах и гибсонах, и всех перестали интересовать современные, технологичные, напыщенные и удобные Ibanez. Продажи почти прекратились, семиструнные гитары пылились на полках магазинов.

Но вскоре появился новый метал – симбиоз рэпа и грайндкорной гитары, и это был ню-метал, который невозможно было играть без семиструнных гитар. Тогда в игру вступил третий кит – группа Korn с их революционным звучанием 7-струнных гитар, настроенных в «drop ля».  Они хотели творить музыку, которую не делал еще никто, и у них был вокалист Дэвис, который выдавал невероятный рёв, который нужно было как-то подчеркнуть. Тогда они и нашли для себя 7-струнную гитару Ibanez RG, которую перестроили в DropA. Это было новое веянье в гитарной музыке, и Ibanez вместе с Korn были снова на вершине.

Что насчет Ibanez сейчас – они всё еще продолжают создание своей совершенной гитары. Остальные компании сделали свои эпохальные гитары еще 40-50 лет назад, и до сих пор тщетно пытаются повторить этот успех. В Ibanez мыслят по-другому.  Они создают что-то новое по мере того, как появляется что-то новое в музыке. По их мнению,  так гораздо веселее :)

Ibanez JEM7-DBK

Ibanez JEM7-DBK

29 июня 2015
//
Японский Ibanez из подписной серии JEM Стива Вая. Данное исполнение называется JEM7DBK и идет в очень крутом рельефном черном цвете, что-то похоже на запекшуюся лаву, по крайней мере так я себе это вижу.